Крупные камни вроде валунов

По направлению от Уфы к востоку чернозем исчезает на расстоянии 40—45 верст; здесь начинается лес, под которым суглинистая (в большинстве случаев) почва нисколько не окрашена перегноем. Но внутри Уральских гор, между несколькими отдельными хребтами их, есть обширное и воз­вышенное плато, большей частью ровное, но местами и с воз­вышениями в виде отдельных холмов. На этом плато нет леса и. вероятно, никогда не было, потому что почва здесь черноземная; к сожалению, здесь я мог взять только один образец почвы с высокого холма, по которому разбросаны крупные камни вроде валунов. Про этот образец у меня сделана от­метка: «почва, по-видимому, беднее органическими вещест­вами, чем в других местах того же плато». При исследовании в нем найдено перегноя:

За Уральским хребтом, по почтовой дороге в Троицк, чер­нозем появляется за Кольской станцией и отсюда до Троицка представляется довольно однообразным. Я не мог сделать здесь остановки, чтобы исследовать его изменчивость, и взял только один образец (на ковыльном месте). За Троицком в степи повсюду сплошной чернозем. Мест­ность вообще поразительно ровная; в тех местах, где в степи есть озера, понижение к ним совершается едва заметно, и только возле озер уклон делается заметнее, хотя вообще остается очень слабым. Степи заняты по преимуществу тип­цом (Festuca ovina) и тонконогом (Koeleria cristata). Ковыль попадается большей частью отдельными сплошными площа­дями, обыкновенно не очень больших размеров, десятин по 100-200.

Здесь по положению почвы можно было ожидать, что она будет совершенно одинакова на значительных расстояниях, потому что на десятки и даже сотни верст едешь по совер­шенно ровной степи, не встречая ни углублений, ни возвы­шений. Поэтому я здесь взял только 4 образца почвы, верстах в 120 от Троицка к востоку, близ урочища (озера) Сочи, пола­гая, что здесь никакого разнообразия не встречу. Образцы взяты по направлению одной прямой линии (с юго-запада на северо-восток), расстояние между крайними пунктами около 4 верст, и образцы взяты на равном (приблизительно) расстоянии один от другого.

Цифры эти показали, вопреки ожиданиям, что и здесь, при условиях, по-видимому, совершенно тождественных, измене­ния в содержании перегноя могут доходить до 2%; может быть, при большом количестве взятых почв колебания получились бы и больше. Впоследствии, осмотревши степи между Оренбур­гом, Бузулуком и Уральском, я очень сожалел, что не взял больше образцов у Троицка, потому что между указанными тремя городами и за Уралом к востоку почва сильно изме­няется буквально на каждом шагу и притом на местах совер­шенно ровных.

При переезде от Троицка до Орска я не мог собрать многих почв с одной местности, и мною взят был образец почв только в 10 верстах южнее Верхнеуральска. Взят он был только потому, что в этой местности растительность так роскошна, что ни прежде, ни после я ничего подобного не встречал. Сплош­ной ковыль (с редкими кустами чилиги — Caragana frutes­cens) был более аршина ростом, и каждый куст его заставлял невольно удивляться замечательному развитию его листьев и стеблей. Эта почва оказалась наиболее богатой органическими веществами из всех взятых мною; рост травы на этом месте, таким образом, вполне соответствовал содержанию перегноя.

Возле Орска и по дороге от Орска к Оренбургу земля не богата органическими веществами ковылем и типцом, но с ними вместе наполовину перемешан Triticum cristatum, что (как я замечал в разных местах) всегда указывает на некоторую солоноватость почвы. То же самое доказывалось еще тем, что на уплотненных местах (на доро­гах и тропинках) было везде много Ceratocarpus arenarius, мелкой полыни и даже Salicornia. Из этой местности взяты следующие почвы: