Листвен­ные леса

Леса, сами собой появившиеся на черноземе, до сих пор, сколько мне известно, не подвергались точному и подробному исследованию, которым определялся бы прирост древесной массы и другие явления, указывающие на то, до какой сте­пени удовлетворительны условия существования таких лесов. Но, кроме того, у нас есть леса, разведенные искусственно; места для их разведения нарочно выбраны на высокой степи, и следовательно, по общепринятому мнению, условия существо­вания леса наименее благоприятны. Исследование роста леса при подобных обстоятельствах представляет особенный инте­рес для выяснения вопроса о том, насколько климат черно­земной области может мешать произрастанию леса. Выслушаем отзыв об этом лица, компетентность которого едва ли может быть заподозрена, — профессора Турского.

«Надо быть там на месте, — говорит он, — надо видеть собственными глазами Великоанадольский лес, чтобы понять все величие дела степного лесоразведения, составляющего нашу гордость. Никакими словами нельзя описать того удо­влетворяющего чувства, какое вызывает этот лесной оазис среди необъятной степи на посетителя. Это действительно наша гордость, потому что в Западной Европе ничего подоб­ного вы не встретите. Культуры последних лет производят впечатление громадных, но изящных полей, на бархатисто-черной поверхности которых зеленеют ряды саженцев. Необык­новенно быстрый рост молодняков, сомкнувшихся уже или смыкающихся, заставляет удивляться той производительности степной почвы, которая так наглядно обнаруживается в роскош­ном развитии ясеня и береста, пород весьма требовательных к почве. Обозревая самые старшие участки, на вид совершенно здоровые, тенистые, прохладные, с полными свежими стволами и т.д. . .». Нужно заметить, что это говорит человек, видав­ший рост леса во многих местностях России и за границей.

«В 25—30-летнем возрасте леса, — говорится далее, — обильные всходы кленов, ильмов и отчасти ясеня и корневые отпрыски береста наводят нас на мысль, что лес здесь у себя дома, что он обеспечивает себе долговечное существование образованием нового молодого поколения. Весь этот подрост к 40-летпему возрасту смешанного насаждения образует местами подлесок в полроста человека, так что затрудняет иногда движение. При эксплуатации таких насаждений, при вырубке их, очевидно исключается всякая необходимость в заботах о возобновлении. После вырубки сразу получается густой молодняк; характер степи исчезает здесь бесследно».

Что касается приемов степного лесоразведения, то, как я уже сказал, они теперь значительно упрощены по сравнению с прежним временем, когда даже горячие приверженцы лесоразведения в степях приступали к делу со страхом. В Миусском лесничестве, где приемы доведены до наибольшей простоты, работы по разведению леса. На четвертом году молодые деревца смыкаются верши­нами, и тогда им уже не страшна более конкуренция диких растений; существование леса на данном месте является обес­печенным навсегда.

К счастью, я сам имел возможность видеть летом этого года Великоанадольское и Бердянское лесничества, что для меня, ввиду вопроса, рассматриваемого в настоящей главе, представляло величайший интерес. Наблюдения мои тем более были интересны для меня, что настоящее лето представляло даже для тамошних сухих и жарких (летом) местностей исклю­чение по отсутствию дождей почти до июля и в особенности по высокой постоянно температуре. Травяная растительность найдена мною почти вся высохшей, за исключением немногих крупных растений, имеющих глубокие корни. Степи были буквально вы­жжены солнцем и представляли только жалкие остатки желтых сухих стеблей; при прохождении скота (которому после ходьбы. на пастбищах, вследствие полного отсутствия на них корма, ! необходимо было давать прошлогоднюю солому) с них поднимались густые облака пыли. Замечательно, что даже так, к лето я позже находил деревья совершенно свежими и зеле­ными, как в естественных лесах (близ Курска и Белгорода) так и в искусственных насаждениях вдоль железных дорог и в обоих упомянутых казенных лесничествах: ни одно дерево (кроме заглушаемых сорными травами) нисколько не постра­дало, начиная с посадок весны этого года и кончая самыми старыми насаждениями. Между тем за Курском и близ Бел­города лес растет или на песке, или на мелу — почвах, отли­чающихся сухостью сравнительно с черноземом.